краткий отчёт
May. 5th, 2021 10:19 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
jenya444Долетели до Израиля, сдали тесты на корону как до самолёта, так и после (отрицательный) и на антитела (положительный); послали депешу в министерство здравоохранения, чтобы нас выпустили из карантина (пока он до 18 мая, а улетать 14-го). В день перелёта практически не листал интернет и не сыграл ни одну партию в шахматы, ну прямо Йом Кипур. Правда вместо библейских источников читал Анне Катрине Вестли про папу, маму, восемь детей и грузовик (привезли новую толстенную книжку племяннику). Любопытно, что как и в "Мы на острове Сальткрока" Линдгрен, главные герои живут очень бедно, и дети этих семейств про общении со сверстниками подвергаются как микро-, так и макро- агрессиям. Кроме Вестли я читал воспоминания Лотмана, очень рекомендую.
" ... Наконец, я получил приказ явиться в военкомат. Все казалось очень простым и прозаичным. Все знали, что приближается война, но как-то лихорадочно старались об этом не думать. Все, по крайней мере в моем кругу, непрерывно веселились, а в кинотеатрах шел фильм «Если завтра война» (1938), и все пели песню с тем же названием. И фильм, и песня были очень бодрые:
Если завтра война.
Если враг нападет,
Если тучею черной нагрянет…
Основной ударной силой в будущей войне представлялись тачанки. Фильм кончался праздником победы после войны: с экрана на нас смотрели популярные актеры (на войне, которая шла на экране, конечно, никто из них не погиб), а за спиной у них пылал фейерверк победы. Такой представлялась нам война. Такой, да не такой. Мы все читали «На западном фронте без перемен» Ремарка и «Прощай, оружие!» Хемингуэя и достаточно много слышали и говорили о мировой революции, о второй всемирной войне. И как-то усердно об этом забывали.
Это чувство напоминает мне следующее, лично пережитое: летом сорок второго года нам довелось вырываться из окружения. Мы вытаскивали с собой наши орудия, которые везли трактора. За минуты — не могу сказать, сколько их было, может быть пятнадцать, может быть сорок, — убило двух трактористов, на их место садились новые (тракторист не мог прижаться к земле, находился практически без зашиты на своей медленной, шесть-восемь километров в час, и неуклюжей машине). Трактора были гражданские, мы их до этого реквизировали в колхозе. Такое же чувство надвигающейся угрозы и вместе с тем желание забыть о ней было, помню, за несколько минут до начала прорыва. Мы все лихорадочно уснули «про запас», ощущая, что этот отдых нам еще потребуется. То же самое было и перед войной: все, не говоря этого, чувствовали, что эти минуты нам еще понадобятся. Все торопились веселиться.
Так и у нас дома. Отец уезжал в командировку за день до того, как я должен был явиться в военкомат. Я отправился на студенческую вечеринку, которую группа устраивала мне на прощание, и вышло так, что в армию я ушел не простившись с отцом и больше его никогда не видел. Мать пошла на работу в свою поликлинику. Провожать меня пошла только средняя сестра Лида, которая принесла мне конфет.
Провожали нас торжественно. Перед погрузкой нас выстроили около вагонов и командир эшелона объявил, что с прощальным словом к нам обратится старый питерский пролетарий. Слово это я запомнил на всю жизнь как «Отче наш»: «Ребята! Гляжу я на вас, и жалко мне вас. А пораздумаю я о вас, так и… с вами!» «По вагонам!» — взревел командир, и мы отправились в путешествие, которое оказалось долгим ... "
" ... Наконец, я получил приказ явиться в военкомат. Все казалось очень простым и прозаичным. Все знали, что приближается война, но как-то лихорадочно старались об этом не думать. Все, по крайней мере в моем кругу, непрерывно веселились, а в кинотеатрах шел фильм «Если завтра война» (1938), и все пели песню с тем же названием. И фильм, и песня были очень бодрые:
Если завтра война.
Если враг нападет,
Если тучею черной нагрянет…
Основной ударной силой в будущей войне представлялись тачанки. Фильм кончался праздником победы после войны: с экрана на нас смотрели популярные актеры (на войне, которая шла на экране, конечно, никто из них не погиб), а за спиной у них пылал фейерверк победы. Такой представлялась нам война. Такой, да не такой. Мы все читали «На западном фронте без перемен» Ремарка и «Прощай, оружие!» Хемингуэя и достаточно много слышали и говорили о мировой революции, о второй всемирной войне. И как-то усердно об этом забывали.
Это чувство напоминает мне следующее, лично пережитое: летом сорок второго года нам довелось вырываться из окружения. Мы вытаскивали с собой наши орудия, которые везли трактора. За минуты — не могу сказать, сколько их было, может быть пятнадцать, может быть сорок, — убило двух трактористов, на их место садились новые (тракторист не мог прижаться к земле, находился практически без зашиты на своей медленной, шесть-восемь километров в час, и неуклюжей машине). Трактора были гражданские, мы их до этого реквизировали в колхозе. Такое же чувство надвигающейся угрозы и вместе с тем желание забыть о ней было, помню, за несколько минут до начала прорыва. Мы все лихорадочно уснули «про запас», ощущая, что этот отдых нам еще потребуется. То же самое было и перед войной: все, не говоря этого, чувствовали, что эти минуты нам еще понадобятся. Все торопились веселиться.
Так и у нас дома. Отец уезжал в командировку за день до того, как я должен был явиться в военкомат. Я отправился на студенческую вечеринку, которую группа устраивала мне на прощание, и вышло так, что в армию я ушел не простившись с отцом и больше его никогда не видел. Мать пошла на работу в свою поликлинику. Провожать меня пошла только средняя сестра Лида, которая принесла мне конфет.
Провожали нас торжественно. Перед погрузкой нас выстроили около вагонов и командир эшелона объявил, что с прощальным словом к нам обратится старый питерский пролетарий. Слово это я запомнил на всю жизнь как «Отче наш»: «Ребята! Гляжу я на вас, и жалко мне вас. А пораздумаю я о вас, так и… с вами!» «По вагонам!» — взревел командир, и мы отправились в путешествие, которое оказалось долгим ... "
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2021-05-05 07:48 pm (UTC)Легко догадаться, что отец Лотмана войну не пережил... а другие родственники?
no subject
Date: 2021-05-05 07:58 pm (UTC)Другие пережили. Одна из сестёр работала в госпитале и эвакуировала детей из Ленинграда по Дороге жизни. Вторая пережила блокаду, оставаясь в городе до конца. Третья ушла на фронт.
no subject
Date: 2021-05-05 08:29 pm (UTC)no subject
Date: 2021-05-05 08:34 pm (UTC)no subject
Date: 2021-05-05 09:18 pm (UTC)no subject
Date: 2021-05-06 05:01 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-06 10:10 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-06 10:13 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-05 09:18 pm (UTC)Нам пока никак. ((
no subject
Date: 2021-05-06 05:03 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-05 09:20 pm (UTC)no subject
Date: 2021-05-06 05:03 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-06 03:05 am (UTC)Ой, "Мама, папа, восемь детей и грузовик"! Прелесть. Одна из любимейших книг детства. Правда, Муми-тролля никто не перешибёт, даже Карлсон . А вот дети именно шляпу волшебника знают наизусть. Привет святой земле. Завидую.
no subject
Date: 2021-05-06 05:08 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-06 10:11 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-07 03:37 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-07 08:24 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-07 03:02 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-07 03:39 am (UTC)no subject
Date: 2021-05-07 02:24 pm (UTC)