Набоков был в контрах с Якобсоном, что отчасти показано в "Пнине" и в байке "слон тоже большое животное". А сегодня я узнал симпатичное про самого Якобсона. В 1914 он поступил на славяно-русское отделение историко-филологического факультета Московского университета, его научным руководителем был филолог Дмитрий Ушаков (создатель того самого толкового словаря). В 1920 в качестве переводчика при Комиссариате иностранных дел Якобсон уехал в Ревель (Таллин), а потом в Прагу в составе миссии Красного Креста (организовывать обмен военнопленных). Через год Якобсон собрался вернуться в Россию, ему давали место в Саратовском университете. Он написал об этом Ушакову. Ушаков прислал открытку с одной фразой "Когда хочется танцевать, надо помнить не только о той печке, от которой танцуешь, но и о той стенке, к которой танцуешь". Якобсон понял и в Россию не вернулся.
Из Европы, правда, выбрался с трудом: в марте 1939 бежал с женой в Данию, в сентябре 1939 - в Норвегию, в 1940 перешел норвежско-шведскую границу и в США перебрался на торговом пароходе в июне 1941. Ещё про общение с Набоковым:
В Кембридже Набоковы часто встречались с друзьями. Однажды Гарри и Елена Левин пригласили их к ужину вместе с Якобсонами. Вечер, по вине Набокова, не задался с самого начала. В 1949 году Набоков и Якобсон собирались вместе работать над английским изданием «Слова о полку Игореве»; теперь же Набоков не мог вспомнить отчества Якобсона — он всегда плохо помнил имена неприятных ему людей. Дочке Левинов(ых) только что подарили магнитофон — в то время большая редкость! — и гостей попросили прочесть вслух любимые стихи. И Набоков, и Якобсон выбрали Пушкина, и чтение превратилось в поединок между петербургским и московским выговором. Якобсон также прочел Хлебникова, которого Набоков терпеть не мог. Когда проигрывали пленку, все отчетливо услышали голос Набокова, пробормотавший: «Это ужасно».
http://nabokov-lit.ru/nabokov/bio/bojd-amerikanskie-gody/index.htm
Из Европы, правда, выбрался с трудом: в марте 1939 бежал с женой в Данию, в сентябре 1939 - в Норвегию, в 1940 перешел норвежско-шведскую границу и в США перебрался на торговом пароходе в июне 1941. Ещё про общение с Набоковым:
В Кембридже Набоковы часто встречались с друзьями. Однажды Гарри и Елена Левин пригласили их к ужину вместе с Якобсонами. Вечер, по вине Набокова, не задался с самого начала. В 1949 году Набоков и Якобсон собирались вместе работать над английским изданием «Слова о полку Игореве»; теперь же Набоков не мог вспомнить отчества Якобсона — он всегда плохо помнил имена неприятных ему людей. Дочке Левинов(ых) только что подарили магнитофон — в то время большая редкость! — и гостей попросили прочесть вслух любимые стихи. И Набоков, и Якобсон выбрали Пушкина, и чтение превратилось в поединок между петербургским и московским выговором. Якобсон также прочел Хлебникова, которого Набоков терпеть не мог. Когда проигрывали пленку, все отчетливо услышали голос Набокова, пробормотавший: «Это ужасно».
http://nabokov-lit.ru/nabokov/bio/bojd-amerikanskie-gody/index.htm
no subject
Date: 2021-04-13 12:34 am (UTC)no subject
Date: 2021-04-13 12:37 am (UTC)no subject
Date: 2021-04-13 12:52 am (UTC)Масарик считал коммунистическую власть временной, неспособной укрепиться в стране, и поэтому организовал программу помощи русским эмигрантам, названную «Русской акцией», целью которой была подготовка молодого поколения специалистов во всех областях знаний, которые займут достойное место в будущей демократической России. В 1922 году в меморандуме под названием «Помощь России со стороны Европы и Америки», который Масарик направил правительствам многих европейских стран, он дал идейное обоснование «Русской акции»[14].
Русская акция в Чехо-Словакии
Особый вклад в эту программу внесла Чехословакия, во главе с президентом Томашем Масариком, министром иностранных дел Эдвардом Бенешем и премьер-министром Карелом Крамаржем. Программа Чехословацкого правительства была направлена не только на ассимиляцию русских беженцев в Чехословакии, но и на сохранение и развитие их собственной культуры и науки. Воспитание и подготовка русских национальных специалистов — инженеров, учителей, управленцев — считались выгодными для молодого Чехо-Словацкого государства, которое для защиты своего существования от германской и венгерской угрозы, нуждалось в восстановлении на своей восточной границе мощной национальной России, которая, как ожидалось в 1920-х годах, скоро сможет сбросить власть большевиков и ей понадобятся национальные кадры управления. Такой подход делал чехо-словацкую программу помощи русским беженцам уникальной[1].
Чехословацкие власти привлекали в страну преимущественно деятелей науки, экономистов, инженеров, агрономов, писателей, поэтов, театральных деятелей и молодёжь — для получения образования за счёт Чехословацкого государства. «Русская акция» в Чехословакии финансировалась из государственного бюджета, в основном — министерства иностранных дел. Была организована первая помощь беженцам, оставшимся без средств к существованию. Но не только — акция предполагала всестороннюю поддержку — от материальной поддержки нуждающихся до средств на развитие культуры, образования, получения медицинской помощи — для пожилых, инвалидов и нетрудоспособных медицина была бесплатной[2].
Русским и украинским студентам предоставлялась возможность завершения образования. В Праге, которую стали называть «русским Оксфордом», были открыты Русская гимназия, Русский народный университет, Русский юридический факультет, Русский институт сельскохозяйственной кооперации, 11 научных обществ и учреждений. Обучение шло на русском языке и по программам, существовавшим в Российской империи. Вели обучение русские специалисты высочайшего уровня — юристы П. И. Новгородцев и П. Н. Савицкий, историки А. А. Кизеветтер, А. В. Флоровский, Г. В. Вернадский, экономисты П. Б. Струве и С. Н. Прокопович, философы Н. А. Бердяев, Н. О. Лосский, А. Л. Бем, биолог М. М. Новиков, литературовед Д. И. Чижевский и другие[1].
no subject
Date: 2021-04-13 01:07 am (UTC)no subject
Date: 2021-04-13 01:54 am (UTC)no subject
Date: 2021-04-13 04:43 pm (UTC)