Мне нравится иронический человек.
И взгляд его, иронический, из-под век.
И черточка эта тоненькая у рта -
иронии отличительная черта.
Левитанский
И взгляд его, иронический, из-под век.
И черточка эта тоненькая у рта -
иронии отличительная черта.
Левитанский
У Довлатова есть такая сценка:
Помню, Иосиф Бродский высказывался следующим образом:
- Ирония есть нисходящая метафора.
Я удивился:
- Что значит нисходящая метафора?
- Объясняю, - сказал Иосиф, - вот послушайте. "Ее глаза как бирюза" - это восходящая метафора. А "ее глаза как тормоза" - это нисходящая метафора.
Бродский же говорил об этом серьёзно, вот из интервью:
Потому что ирония как таковая - это нисходящая метафора, как говорил Фрост. То есть можно сказать «твои глаза, как звезды», — конечно, это банально; чего больше всего поэт боится, это чтобы его не обвинили в сентиментальности, поэтому он говорит «твои глаза, как тормоза», и это вызывает смех и порождает популярность.
А вот из другого интервью Бродского:
Однажды на занятии вы сказали, что к иронии прибегают из трусости. Необходимо смотреть на вещи прямо. Не могли бы вы пояснить?
Это верно. Ирония — вещь обманчивая. Когда с насмешкой или иронией говоришь о ситуации, в которой находишься, то кажется, что не поддаешься обстоятельствам. Но это не так. Ирония не дает уйти от проблемы или подняться над ней. Она продолжает удерживать нас в тех же рамках. Хоть и отпускаешь шутки по поводу чего-либо отвратительного, все равно продолжаешь оставаться его пленником. И это одно из опасных заблуждений. Это не означает преодоления. Невозможно преодолеть что-либо с помощью иронии. Если действительно хочешь преодолеть что-нибудь, нужен другой способ. Если видишь проблему, надо с ней бороться. Одной лишь иронией никогда не победишь. Ирония — порождение психологического уровня сознания. Есть разные уровни: биологический, политический, философский, религиозный, трансцендентный. Жизнь — трагическая штука, так что иронии тут недостаточно.
Поэт боится обвинений в сентиментальности, кто-то другой боится обвинений в излишнем пафосе, да и вообще, проявляя сильные эмоции, ты подставляешься, раскрываешься, выворачиваешь себя наружу. А можно отделаться ироничной фразой, всё всем и так ясно. Сильное интервью Камы Гинкаса на эту тему - в форме монолога. Для затравки процитирую один кусочек - он пересказывает сюжет книжки Даниэля
Проходит День открытых убийств, и наступает 7 Ноября. Главный герой — опять в компании: все встречаются, выпивают-закусывают, мужчины кокетничают с дамами, и те и другие предвкушают какие-то ночные похождения. И вдруг кто-то спрашивает: «Ну, как ты провел тот день?» — «Ой, я просидел весь день дома». — «И я просидел». И люди начинают весело (с юмором!) обсуждать, как прошел День (вдумайтесь!) открытых убийств. Потом кто-то рассказывает, что по всему Советскому Союзу убили 70 человек — только 70. В Таджикистане или Узбекистане, не помню, убивали главным образом русских. Страшная резня происходила между армянами и азербайджанцами в Карабахе. На Украине переусердствовали, превысив процент допустимых убийств, поэтому потом уволили кого-то из высоких начальников. В Литве отказались убивать, но республику обвинили в невыполнении указа партии и правительства. И все это молодые люди рассказывают весело. Самое ужасное — что рассказывают, как анекдот. Вот с этого момента в тебя входит ужас. Нет, раньше, с того момента как герой выходит в пустынную коммуналку. Каким-то образом автору удается включить меня в действие невероятно сильно, и меня просто начинает потряхивать от этого ощущения пустоты и опасности в обыкновенной коммунальной квартире.
Самое страшное в России (мы с Гетой давно это поняли) — когда наступает эпоха анекдотов, когда по поводу ужаснейших вещей у нас привычно идет интеллигентское вышучивание: мол, мы же знаем, в какой стране живем, вот менты убили Магницкого, ну да, кто-то кого-то убил на мосту рядом с Кремлем… Анекдот. Все это с ужасом напоминает времена ЭСЭСЭСЭРа. Когда ты ничего не можешь сделать, ты просто иронизируешь. Это вечное оружие интеллигенции — иронически отгородиться. Принять все происходящее, но и — как бы отгородиться. И вдруг все это я читаю на бумаге, просто как про себя и про всех нас, сегодня!
no subject
Date: 2016-05-17 04:38 am (UTC)Но, возможно, нужно просто еще обладать определенной поэтической и личностной смелостью и не бояться лирики и красоты долговременных чувств.
Ибо серьезные, подлинные чувства, высказанные в правильной форме – никогда не будут пафосными и дешевыми.
http://aklyon.livejournal.com/191239.html
no subject
Date: 2016-05-17 06:27 am (UTC)Мы увидели абсолютно голую основу жизни. Нас раздели, разули и выставили на колоссальный экзистенциальный холод. И я думаю, что результатом этого не должна быть ирония. Результатом этого должно быть взаимное сострадание.
И этого я не вижу Я не вижу этого ни в политической жизни, я не вижу этого в культуре. Это тем горше, особенно, когда это касается культуры. Самый главный человек в обществе – это человек более или менее остроумный и издевающийся. И это мне колоссально не нравится".
Я очень часто об этом думаю в последнее время. Особенно в связи с некоторыми фигурами современной российской литературы. Когда Сорокина, к примеру, вдруг там и сям называют "гением", "мне это колоссально не нравится".
no subject
Date: 2016-05-17 01:24 pm (UTC)no subject
Date: 2016-05-17 07:05 am (UTC)Конечно, иронией не победишь диктатуру, но ты сам, иронизируя, уже не в ее власти. Ее время пройдет, а ты понимая это уже сейчас - причастен к вечности. (Извините за пафос, это конечно смешно!)
no subject
Date: 2016-05-17 01:22 pm (UTC)