(no subject)
Nov. 29th, 2012 02:32 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
jenya444Есть такой известный сионист/диссидент Эйтан Финкельштейн. Начал слушать "Голос Израиля" еще в гражданскую в 51м году; в 58м пытался пробиться в израильское посольство в Москве; был знаком с американскими сенаторами, Сахаровым и о. Менем; в 76м в Вильнюсе открыл филиал "Хроники текущих событий". Вот довольно большое его интервью. В 90-93 годах Финкельштейн вместе с Маркишем выпускали в Мюнхене "Еврейский журнал". В 93м году он пишет редакционную заметку - отклик на уход из жизни Юрия Карабчиевского. Цитирую отрывок:
«Жизнь Александра Зильбера», «Незабвенный Мишуня», «Все ломается», «Тоска по Армении», равно как и небольшие его эссе, что он успел опубликовать за четыре года на родине и за рубежом, - это ведь и впрямь принадлежит к тому лучшему, что написано в последние годы на русском языке. Итак, широкая публика открыла для себя талантливого эссеиста и публициста, узкая - русско-еврейского писателя. Не в том, модном ныне смысле, когда русский литератор еврейского происхождения «вдруг» обнаруживает в себе еврейские корни, «вдруг» решает, что еврейская тема - это его тема. Но и не в том, традиционном, когда писатель органически принадлежит двум мирам, живет в двух языках, размышляет и пишет на обоих с одинаковой легкостью. Отголоски еврейства, его третье или четвертое эхо, что передается через семейные традиции, конечно же донеслось до автора «Незабвенного Мишуни». Был он и свидетелем «возрожденческой» волны, что катилась по стране, начиная с конца шестидесятых, точнее, с 1957 года, когда он впервые в жизни увидел израильский флаг, израильских ребят и девушек на Всемирном фестивале молодежи. Волна эта излечила Юру Карабчиевского от восприятия еврейства как чего-то ущербного, позволила распрямить спину, однако не захватила, не вовлекла. Лишь с большей уверенностью в правоте своей и в силах своих отдался он потаенной от всех работе неподцензурного русского литератора. Ушел в нее с головой, а оттого, наверное, и сохранил девственность «еврея до Шестидневной войны» аж до конца восьмидесятых.
Это Финкельштейн говорит про человека, написавшего в 75м "Жизнь Александра Зильбера". Волна, значит, излечила. Но сохранил девственность. Что ж, этому европейцу все мы китайцы на одно лицо.
«Жизнь Александра Зильбера», «Незабвенный Мишуня», «Все ломается», «Тоска по Армении», равно как и небольшие его эссе, что он успел опубликовать за четыре года на родине и за рубежом, - это ведь и впрямь принадлежит к тому лучшему, что написано в последние годы на русском языке. Итак, широкая публика открыла для себя талантливого эссеиста и публициста, узкая - русско-еврейского писателя. Не в том, модном ныне смысле, когда русский литератор еврейского происхождения «вдруг» обнаруживает в себе еврейские корни, «вдруг» решает, что еврейская тема - это его тема. Но и не в том, традиционном, когда писатель органически принадлежит двум мирам, живет в двух языках, размышляет и пишет на обоих с одинаковой легкостью. Отголоски еврейства, его третье или четвертое эхо, что передается через семейные традиции, конечно же донеслось до автора «Незабвенного Мишуни». Был он и свидетелем «возрожденческой» волны, что катилась по стране, начиная с конца шестидесятых, точнее, с 1957 года, когда он впервые в жизни увидел израильский флаг, израильских ребят и девушек на Всемирном фестивале молодежи. Волна эта излечила Юру Карабчиевского от восприятия еврейства как чего-то ущербного, позволила распрямить спину, однако не захватила, не вовлекла. Лишь с большей уверенностью в правоте своей и в силах своих отдался он потаенной от всех работе неподцензурного русского литератора. Ушел в нее с головой, а оттого, наверное, и сохранил девственность «еврея до Шестидневной войны» аж до конца восьмидесятых.
Это Финкельштейн говорит про человека, написавшего в 75м "Жизнь Александра Зильбера". Волна, значит, излечила. Но сохранил девственность. Что ж, этому европейцу все мы китайцы на одно лицо.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2012-12-01 07:17 pm (UTC)Дело в том, что в 50-60 годах в нашем доме, в соседнем подъезде жил такой Володя, мужчина лет за тридцать. Он был, видимо, психически болен. Это выражалось в том, что он чуть ли не ежедневно выходил из дома в милицейском кителе старого образца и, держа в руках жезл, отправлялся регулировать движение на Ленинградском шоссе. Тогда еще шоссе было всего-навсего двухрядное, машин было мало. Но все равно никто его не слушался.
Так вот, у Карабчиевского описан точно такой же (а может, и тот самый?) человек. Но я сейчас посмотрел в Вики, вроде Карабчиевский жил в Подмосковье, а не в Москве.
no subject
Date: 2012-12-01 10:43 pm (UTC)