jenya444

Из аннотации к спектаклю Малого театра по автобиографической пьесе Юджина О’Нила:

" ... 1912 год, Новая Англия, летний домик стареющего актёра Джеймса Тайрона и его семьи. Один день семьи Тайронов, разговоры и споры. Тайрон-старший давно уже не помышляет о том, чтобы быть великим актёром, его супруга Мэри превратилась в конченную морфинистку, старший сын Джейми - алкоголик и дебошир, завидующий писательскому таланту своего болезненного младшего брата Эдмунда. Каждый из них исполнен жалости к самому себе и напрочь лишён сострадания, поэтому они не в силах помочь друг другу ...".

Потрясающий режиссёр Тимофей Кулябин, поставивший в новосибирском "Красном факеле" интереснейшие спектакли "Три сестры" (https://jenya444.livejournal.com/629545.html) и "Онегин" (https://jenya444.livejournal.com/633316.html), уехал из России в декабре 2021 года, ещё до войны. После войны он уволился из своего театра "Красный факел", потом в Большом театре отменили показы его спектакля "Дон Паскуале", в конце того же года спектакли Кулябина были сняты с репертуара в "Красном факеле", затем с поста директора театра был уволен отец Кулябина, против которого позже возбуждено уголовное дело о растрате денежных средств в особо крупном размере (ему уже дали 5 лет условно). Сейчас Кулябин работает в Румынии в городе Сибиу, и почти год назад в тамошнем Национальном театре Раду Станка прошла премьера его спектакля "Долгий день, уходящий в ночь". По наводке организаторов из Stage Russia, показывающих российские спектакли в Америке, я обнаружил показы этой вещи Кулябина на румынском с субтитрами на русском (есть показы и с субтитрами на английском, ближайшие сеансы - в Бостоне, информация о показах). Поэтому поездку в Чикаго мы приурочили как раз к этим выходным и сегодня, несмотря на метель и плохие дороги, добрались до небольшого зала в северных пригородах. Во всём зале было пять человек, нас трое и ещё одна пара, которая высказалась в том смысле, что две семьи это уже аншлаг.

Постановка совершенно гениальная (must see), спойлеры:

Кулябин придумал сильный ход, навеянный обстоятельствами жизни самого Юджина О’Нила. Драматург вывел себя в образе младшего сына (Эдмунда), а к моменту написания пьесы (1941) уже никого из его близких не было в живых. Главный герой спектакля это пожилой одинокий Эдмунд, только что закончивший ту самую автобиографическую пьесу. Он приезжает в медицинское учреждение, где снимает большую комнату, а назавтра назначена процедура эвтаназии. И в этот день он разыгрывает всю пьесу в своём воображении. При этом он продумал все детали, и весь необходимый (и тщательнейшим образом сделанный на заказ) реквизит ему доставляют по ходу дела, - от тех самых тарелок, которые были у них в доме, до подвенечного платья матери, от ужина на четырёх персон (официант в полной растерянности накладывает еду в четыре тарелки) до игральных карт. Сам пожилой герой одновременно присутствует при всех диалогах и сам играет за младшего сына. Пьеса О’Нила заканчивается фразой матери, которая к концу дня совсем потеряла связь с реальностью и не узнавала близких: "Вспомнила! Я влюбилась в Джеймса Тайрона и какое-то время была очень счастлива". В постановке Кулябина после этой фразы наш пожилой герой прощается со своими близкими, ложится в кровать и выключает свет. Утром его не могут разбудить, и эвтаназия оказывается не нужна.

Отец (слева) и младший сын (через полвека, справа).

Из интервью с автором адаптированной версии Романом Должанским и режиссёром Тимофеем Кулябиным:

“Долгий день уходит в ночь” — огромная, в сто семьдесят страниц, пьеса с цитатами из Шекспира, стихами Бодлера, философствованиями и т.д. С какими трудностями вы столкнулись, сочиняя новую пьесу?

(РД) Вот об этом может рассказать Тимофей. Он тоже схватился за голову, когда первый раз прочитал. Мы смотрим на текст сегодняшними глазами. В соответствии с сегодняшними ритмами и паттернами восприятия кажется, что в пьесе есть повторы и длинноты. Именно поэтому мы ее перемонтировали. Вторжение было достаточно активным. Может быть, кого-то из пуристов и литературоцентричных людей это покоробит, но таких в Румынии пока не наблюдается. Спектакль был воспринят очень хорошо и даже отобран в числе лучших спектаклей прошлого сезона на Национальный театральный фестиваль в Бухаресте. Там нет конкурса, участие — уже награда. Так что, видимо, нам простили самовольное и непочтительное общение с великим драматургом.

Вы работали с английской версией, а потом переводили на румынский?

(РД) Мы работали с русским переводом Виталия Вульфа. Перевод подвергся резекции и перемонтированию. Юджин О’Нил писал пьесу-воспоминание о своей юности. Все происходит в воображении, в памяти главного героя. Он возвращается к событиям своей молодости, к одному дню, в котором сфокусировалась безысходная семейная драма. В полном соответствии с духом этого произведения мы позволили себе сократить и перемонтировать фрагменты из пьесы. Удобней было работать с русским языком, но в каких-то случаях обращались к английскому оригиналу, потому что переводы, как мы знаем, не всегда точны. Пьеса была переведена на английский язык как самостоятельное произведение, написанное на русском языке. Все говорят, что название, кстати, прекрасно звучит на румынском языке.

На каком языке вы репетировали?

(ТК) Репетиции зачастую идут на английском языке, и это нормально. А то, что текст произносится на языке, который я не знаю, уже давно не проблема. Неважно, какой язык — греческий, болгарский, немецкий… Я уже ставил на многих языках. Я знаю текст наизусть, знаю его структуру, с легкостью угадываю любой момент места действия, знаю, в какой момент где находятся артисты. Наша прекрасная коллега Лука Радулеску сделала замечательный перевод пьесы на румынский язык.