Вот так она любит меня
Jan. 10th, 2008 10:39 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
jenya444Этот пост вообще-то для девочек. Ну ладно, мальчики тоже могут прочесть. Дорогие девочки! Бывают мужчины, которые на редкость тупы до намеков и к тому же нерешительны. Ну, не мне вам рассказывать. Представим себе, что вы полюбили именно такого персонажа. К нему же нужен особый подход! Но сначала о том, как НЕ НАДО себя вести.
Из Анны Карениной
"Варвара Андреевна, когда я был еще очень молод, я составил себе идеал
женщины, которую я полюблю и которую я буду счастлив назвать своею женой. Я
прожил длинную жизнь и теперь в первый раз встретил в вас то, чего искал. Я
люблю вас и предлагаю вам руку".
Сергей Иванович говорил себе это в то время, как он был уже в десяти
шагах от Вареньки. Опустившись на колени и защищая руками гриб от Гриши, она
звала маленькую Машу.
- Сюда, сюда! Маленькие! Много!- своим милым грудным голосом говорила
она.
Увидав подходившего Сергея Ивановича, она не поднялась и не переменила
положения; но все говорило ему, что она чувствует его приближение и радуется
ему.
- Что, вы нашли что-нибудь? - спросила она, из-за белого платка
поворачивая к нему свое красивое, тихо улыбающееся лицо.
- Ни одного, - сказал Сергей Иванович. - А вы?
Она не отвечала ему, занятая детьми, которые окружали ее.
- Еще этот, подле ветки, - указала она маленькой Маше маленькую
сыроежку, перерезанную попере своей упругой розовой шляпки сухою травинкой,
из-под которой она выдиралась. Она встала, когда Маша, разломив на две белые
половинки, подняла сыроежку. - Это мне детство напоминает, - прибавила она,
отходя от детей рядом с Сергеем Ивановичем.
Они прошли молча несколько шагов. Варенька видела, что он хотел
говорить; она догадывалась о чем и замирала от волнения радости и страха.
Они отошли так далеко, что никто уже не мог бы слышать их, но он все еще не
начинал говорить. Вареньке лучше было молчать. После молчания можно было
легче сказать то, что они хотели сказать, чем после слов о грибах; но против
своей воли, как будто нечаянно, Варенька сказала:
- Так вы ничего не нашли? Впрочем, в середине леса всегда меньше.
Сергей Иванович вздохнул и ничего не отвечал. Ему было досадно, что она
заговорила о грибах. Он хотел воротить ее к первым словам, которые она
сказала о своем детстве; но, как бы против воли своей, помолчав несколько
времени, сделал замечание на ее последние слова.
- Я слышал только, что белые бывают преимущественно на краю, хотя я и
не умею отличить белого.
Прошло еще несколько минут, они отошли еще дальше от детей и были
совершенно одни. Сердце Вареньки билось так, что она слышала удары его и
чувствовала, что краснеет, бледнеет и опять краснеет. Быть женой такого
человека, как Кознышев, после своего положения у госпожи Шталь
представлялось ей верхом счастья. Кроме того, она почти была уверена, что
она влюблена в него. И сейчас это должно было решиться. Ей страшно было.
Страшно было и то, что он скажет, и то, что он не скажет.
Теперь или никогда надо было объясниться; это чувствовал и Сергей
Иванович. Все, во взгляде, в румянце, в опущенных глазах Вареньки,
показывало болезненное ожидание. Сергей Иванович видел это и жалел ее. Он
чувствовал даже то, что ничего не сказать теперь значило оскорбить ее. Он
быстро в уме своем повторял себе все доводы в пользу своего решения. Он
повторял себе и слова, которыми он хотел выразить свое предложение; но
вместо этих слов, по какому-то неожиданно пришедшему ему соображению, он
вдруг спросил:
- Какая же разница между белым и березовым?
Губы Вареньки дрожали от волнения, когда она ответила:
- В шляпке почти нет разницы, но в корне.
И как только эти слова были сказаны, и он и она поняли, что дело
кончено, что то, что должно было быть сказано, не будет сказано, и волнение
их, дошедшее пред этим до высшей степени, стало утихать.
- Березовый гриб - корень его напоминает двухдневную небритую бороду
брюнета, - сказал уже покойно Сергей Иванович.
"Варвара Андреевна, когда я был еще очень молод, я составил себе идеал
женщины, которую я полюблю и которую я буду счастлив назвать своею женой. Я
прожил длинную жизнь и теперь в первый раз встретил в вас то, чего искал. Я
люблю вас и предлагаю вам руку".
Сергей Иванович говорил себе это в то время, как он был уже в десяти
шагах от Вареньки. Опустившись на колени и защищая руками гриб от Гриши, она
звала маленькую Машу.
- Сюда, сюда! Маленькие! Много!- своим милым грудным голосом говорила
она.
Увидав подходившего Сергея Ивановича, она не поднялась и не переменила
положения; но все говорило ему, что она чувствует его приближение и радуется
ему.
- Что, вы нашли что-нибудь? - спросила она, из-за белого платка
поворачивая к нему свое красивое, тихо улыбающееся лицо.
- Ни одного, - сказал Сергей Иванович. - А вы?
Она не отвечала ему, занятая детьми, которые окружали ее.
- Еще этот, подле ветки, - указала она маленькой Маше маленькую
сыроежку, перерезанную попере своей упругой розовой шляпки сухою травинкой,
из-под которой она выдиралась. Она встала, когда Маша, разломив на две белые
половинки, подняла сыроежку. - Это мне детство напоминает, - прибавила она,
отходя от детей рядом с Сергеем Ивановичем.
Они прошли молча несколько шагов. Варенька видела, что он хотел
говорить; она догадывалась о чем и замирала от волнения радости и страха.
Они отошли так далеко, что никто уже не мог бы слышать их, но он все еще не
начинал говорить. Вареньке лучше было молчать. После молчания можно было
легче сказать то, что они хотели сказать, чем после слов о грибах; но против
своей воли, как будто нечаянно, Варенька сказала:
- Так вы ничего не нашли? Впрочем, в середине леса всегда меньше.
Сергей Иванович вздохнул и ничего не отвечал. Ему было досадно, что она
заговорила о грибах. Он хотел воротить ее к первым словам, которые она
сказала о своем детстве; но, как бы против воли своей, помолчав несколько
времени, сделал замечание на ее последние слова.
- Я слышал только, что белые бывают преимущественно на краю, хотя я и
не умею отличить белого.
Прошло еще несколько минут, они отошли еще дальше от детей и были
совершенно одни. Сердце Вареньки билось так, что она слышала удары его и
чувствовала, что краснеет, бледнеет и опять краснеет. Быть женой такого
человека, как Кознышев, после своего положения у госпожи Шталь
представлялось ей верхом счастья. Кроме того, она почти была уверена, что
она влюблена в него. И сейчас это должно было решиться. Ей страшно было.
Страшно было и то, что он скажет, и то, что он не скажет.
Теперь или никогда надо было объясниться; это чувствовал и Сергей
Иванович. Все, во взгляде, в румянце, в опущенных глазах Вареньки,
показывало болезненное ожидание. Сергей Иванович видел это и жалел ее. Он
чувствовал даже то, что ничего не сказать теперь значило оскорбить ее. Он
быстро в уме своем повторял себе все доводы в пользу своего решения. Он
повторял себе и слова, которыми он хотел выразить свое предложение; но
вместо этих слов, по какому-то неожиданно пришедшему ему соображению, он
вдруг спросил:
- Какая же разница между белым и березовым?
Губы Вареньки дрожали от волнения, когда она ответила:
- В шляпке почти нет разницы, но в корне.
И как только эти слова были сказаны, и он и она поняли, что дело
кончено, что то, что должно было быть сказано, не будет сказано, и волнение
их, дошедшее пред этим до высшей степени, стало утихать.
- Березовый гриб - корень его напоминает двухдневную небритую бороду
брюнета, - сказал уже покойно Сергей Иванович.
Из Вишневого сада
Любовь Андреевна (оживленно). Прекрасно. Мы выйдем... Яша, allez! Я ее позову... (В дверь.) Варя, оставь все, поди сюда. Иди! (Уходит с Яшей.)
Лопахин (поглядев на часы). Да...
Пауза.
За дверью сдержанный смех, шепот, наконец входит Варя.
Варя (долго осматривает вещи). Странно, никак не найду...
Лопахин. Что вы ищете?
Варя. Сама уложила и не помню.
Пауза.
Лопахин. Вы куда же теперь, Варвара Михайловна?
Варя. Я? К Рагулиным... Договорилась с ним смотреть за хозяйством... в экономки, что ли.
Лопахин. Это в Яшнево? Верст семьдесят будет.
Пауза.
Вот и кончилась жизнь в этом доме...
Варя (оглядывая вещи). Где же это... Или, может, я в сундук уложила... Да, жизнь в этом доме кончилась... больше уже не будет...
Лопахин. А я в Харьков уезжаю сейчас... вот с этим поездом. Дела много. А тут во дворе оставляю Епиходова... Я его нанял.
Варя. Что ж!
Лопахин. В прошлом году об эту пору уже снег шел, если припомните, а теперь тихо, солнечно. Только что вот холодно... Градуса три мороза.
Варя. Я не поглядела.
Пауза.
Да и разбит у нас градусник...
Пауза.
Голос в дверь со двора: "Ермолай Алексеич!.."
Лопахин (точно давно ждал этого зова). Сию минуту! (Быстро уходит.)
Варя, сидя на полу, положив голову на узел с платьем, тихо рыдает.
.................................................................................................................................................
Любовь Андреевна (оживленно). Прекрасно. Мы выйдем... Яша, allez! Я ее позову... (В дверь.) Варя, оставь все, поди сюда. Иди! (Уходит с Яшей.)
Лопахин (поглядев на часы). Да...
Пауза.
За дверью сдержанный смех, шепот, наконец входит Варя.
Варя (долго осматривает вещи). Странно, никак не найду...
Лопахин. Что вы ищете?
Варя. Сама уложила и не помню.
Пауза.
Лопахин. Вы куда же теперь, Варвара Михайловна?
Варя. Я? К Рагулиным... Договорилась с ним смотреть за хозяйством... в экономки, что ли.
Лопахин. Это в Яшнево? Верст семьдесят будет.
Пауза.
Вот и кончилась жизнь в этом доме...
Варя (оглядывая вещи). Где же это... Или, может, я в сундук уложила... Да, жизнь в этом доме кончилась... больше уже не будет...
Лопахин. А я в Харьков уезжаю сейчас... вот с этим поездом. Дела много. А тут во дворе оставляю Епиходова... Я его нанял.
Варя. Что ж!
Лопахин. В прошлом году об эту пору уже снег шел, если припомните, а теперь тихо, солнечно. Только что вот холодно... Градуса три мороза.
Варя. Я не поглядела.
Пауза.
Да и разбит у нас градусник...
Пауза.
Голос в дверь со двора: "Ермолай Алексеич!.."
Лопахин (точно давно ждал этого зова). Сию минуту! (Быстро уходит.)
Варя, сидя на полу, положив голову на узел с платьем, тихо рыдает.
.................................................................................................................................................
(Жена обнаружила схожесть отрывков, вплоть до имени героини).
Так вот, нечего ждать милостей от природы! Пора, давно пора брать дело в свои руки. Каждый сам кузнец своего счастья. Если мужчина чего не понимает, ему надо намекнуть. Намекать надо так, как учит моя свояченица: "дорогой, надо сделать то и то вот так и так. Это намек".
Девушки, не берите пример с Варенек. А то будет, как вчера.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2008-01-11 12:07 am (UTC)no subject
Date: 2008-01-11 03:41 am (UTC)Опять же в "Идеальном муже" мисс Мейбл Чилтерн (Коренева) тоже дождалась. Так что бывает и оптимистический финал. Но мне странно, что порой эти Вареньки по жизни совсем не стеснительные, в чем их мужья очень быстро убедятся, если рискнут сделать предложение :)
no subject
Date: 2008-01-11 04:11 am (UTC)Но как-то получалось, что все равно не судьба. Например, перед криком со двора или даже после него Лопахин вдруг говорит: "Выходите за меня замуж!" Но это настолько ни к селу ни к городу, что Варе ничего не остается, как горько улыбнуться и сказать что-то вроде "Идите, вас зовут" ("Лапша, тебя зовет твоя мамочка").
Не менее любопытно, что нам, кажется, не пришло в голову подумать о том, что более решительно ведет себя не Лопахин, а Варя. Это как-то не придумывается даже при самой смелой фантазии. А в итоге выглядело это у нас так. На видеозаписи эта сцена единственная мне действительно понравилась, если говорить о моей так наз. игре.
И его действительно позвали, и он действительно ушел быстрым шагом, а она осталась плакать. Чуда не произошло.
Но в жизни бывает и иначе, к счастью.
no subject
Date: 2008-01-11 05:08 am (UTC)А вот поди ж ты, бывают и чудеса!
no subject
Date: 2008-01-11 01:34 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-11 03:24 pm (UTC)К тому же читаю сейчас "Анну Каренину".
no subject
Date: 2008-01-11 09:49 pm (UTC)13 лет назад. В Америке.
Мне не очень понравилось.
Надо перечитать, наверное.
Балет одноименный у Щедрина хороший.