Feb. 9th, 2017

jenya444: (osen')
http://www.colta.ru/articles/literature/13866

Линор Горалик: Хочется сразу спросить: «Господи помилуй, что заставило сильно занятого переводчика, писателя и драматурга взяться за такой огромный труд?» Как вы в это вляпались?

Рои Хен: Давайте начнем с самого начала. Я познакомился с Пушкиным, когда мне было четыре года. Это была собака моего дяди. Я понятия не имел, что где-то там есть какой-то сумасшедший народ, для которого имя Пушкина — это не имя кудрявой собаки, а имя национального поэта. Пушкин-Пушкин, Пушкин-Пушкин — это была наша собака. В деревне, куда я поехал к своему дяде самых честных правил (подождите, сейчас эта история зациклится). А потом, в 14 лет, я оказался в гостях у своего друга.

Горалик: Вы тогда еще не говорили на русском языке, верно? Хочется напомнить читателю, что вы вообще не из русскоговорящей семьи.

Хен: Да, я не говорил по-русски, конечно. И вот я стоял у друга в салоне и умирал от смеха: я вдруг увидел книгу, которую написала собака моего дяди. Я спросил: «Слушай, что это такое? Это же собака моего дяди! Кто это вообще?» Я не просто не знал Пушкина — я вообще ничего не знал: я, кажется, до 13 лет не прочитал ни одной книги.

Горалик: Да и зачем?

Хен: Именно. Смысл-то какой? Я так развеселился, что открыл эту книгу. Это был «Евгений Онегин» (я же обещал, что история зациклится). Я начал читать — и мне снова было очень смешно: там же сразу дядя! Ну и все, я пропал. Тогда что-то со мной произошло. А позже я узнал, что Пушкин тоже был эдакий черножопец среди русских — вот как я сейчас.

Горалик: Был какой-то момент сознательного решения — «что бы мне такое перевести из Александра нашего Пушкина»?

Хен: Нет, был еще один виток спирали. Я работал тогда с тель-авивским театром «Маленки», который предложил мне создать спектакль по «Маленьким трагедиям». На иврите, разумеется, такого текста не было. И я начал переводить. Это было 10 лет назад. Мы создали спектакль, спектакль вышел, книга — нет. Понадобилось много-много лет работы, прежде чем я почувствовал уверенность в том, что мой перевод — точный. И тогда я посвятил книгу собаке моего дяди.

Горалик: Собака жива?

Хен: Нет! Давно уже нет.

Горалик: Зачем было тратить на это десять лет жизни? Для чего?

Хен: Потому что этой книге нужен был перевод на иврит.

Горалик: А читателю? Принято спрашивать: «Каковы, по вашему ощущению, будут культурные последствия этого перевода, сколько человек его прочтет?»

Хен: А я не делал это для людей, я делал это для себя. То есть я очень рад, что какие-то люди этот перевод прочитают. Но я считаю, что перевод — это цепь писем. Переводя чужой текст, я де-факто перевожу письмо, которое кто-то написал людям в XIX веке: кому интересно — тот это письмо получит.

Profile

jenya444: (Default)
jenya444

April 2017

S M T W T F S
      1
2345678
9101112 13 1415
16 17 1819 20 2122
2324 25 26 272829
30      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 25th, 2017 06:31 pm
Powered by Dreamwidth Studios